У воспоминаний князя Сергея Волконского появились первые комментарии

28 февраля 2019
Национальный фонд поддержки правообладателей выпустил книгу князя Сергея Волконского «Мои воспоминания».

Это второе, дополненное издание. Первое вышло в свет в 1923 году в Берлине. Нет, автор не декабрист, сосланный на 20 лет в Сибирь и лишённый княжеского титула. Не тот, ради кого пожертвовала собой жена и отправилась вслед за мужем, «во глубину сибирских руд», о чём благодаря фильму «Звезда пленительного счастья» знали в советские годы даже двоечники. Автор книги Сергей Михайлович Волконский – его внук. И жизнь его на рубеже XIX–XX веков была занята другими делами. Он был хорошо известен в литературных и музыкальных кругах как знаток и критик театрального и музыкального искусства. Одни его называли общественным деятелем, другие – земским. Два года возглавлял императорские театры в Санкт-Петербурге. Основал первый Музей декабристов в России. Дружил с братом Петра Ильича Чайковского Модестом, с Николаем Врангелем – братом Петра Врангеля, одного из лидеров Белого движения во время Гражданской войны. Был вхож во многие знатные дома Москвы и Петербурга. Марина Цветаева его сначала называла своим учителем, а потом отправляла ему за границу килограммы рукописей. Кстати, она приняла непосредственное участие в написании отдельных глав труда Волконского. Так как времени не было, писала по ночам, как позже отметит в дневниках: «…с 3 ч. до 5 ½ ч.»

Книга открывает интереснейшую жизнь театральных премьер, дебютов, провалов, светских салонов. Настоящая находка не только для искусствоведов, музыковедов, педагогов, историков культуры, но и широкого круга читателей. Волконский описывает свои впечатления от встреч, даёт рецензии, пишет интересные замечания. «Допевал в то время старик Стравинский, известный в своё время бас, – у него не было уже звука, пустые вспышки, как в продырявленной шарманке», – пишет автор об отце великого композитора. А через несколько страниц всплывает другая знакомая фамилия: «Фигнер действительно был мастер пения, но у него был неприятный голос, иногда с гнусавым, почти козлиным оттенком… В произношении тоже было что-то неприятное, нерусское. Главный же его недостаток был в непомерном самомнении…»

Речь идёт о Николае – родном брате известной революционерки Веры Фигнер. Пока один пел оперные партии, другая готовила покушение на Александра II. Теперь современные историки её называют террористкой.

Многие герои воспоминаний предстают в непривычном ракурсе: «Это был замогильный голос, но способный окрашиваться горячими красками жизни, в которых, однако, совсем не участвовало лицо; оно оставалось каменное, и глаза были как дыры черепа», – описывает Волконский Достоевского за чтением одной из глав «Братьев Карамазовых».

Так на страницах двухтомника воспоминаний, который состоит из трёх частей – «Лавры», «Странствия», «Родина», – сошлись великие имена. Толстые, Плещеев, Шаляпин, Тургенев, Чайковский… «…Римский-Корсаков и Бородин вызывали смех, глумление, не говорю уже о Мусоргском. Я был на первом представлении «Бориса Годунова»: опера провалилась среди свиста и смеха…»

Из этих воспоминаний рождается эпоха – последняя треть XIX – первая XX века. Закат царской России, за которой последуют революция и становление республики. Читается как беллетристика – легко, непринуждённо, понятно. Местами напоминает современные глянцевые издания о светской жизни. Вот только сегодня эти записи приобретают совершенно новую ценность – научную. Не в последнюю очередь своей, если так можно сказать, простотой и ясностью, книга обязана комментариям, которые составил исследователь – историк, источниковед Аркадий Мурашёв. В издании сотни ссылок, указывающих на десятки имён, относящихся к событиям, произведениям, достоверным источникам. Учёный в течение года вёл скрупулёзную и кропотливую работу – внёс уточнения, сделал пояснения, дополнения, благодаря чему не только зрелый, дотошный, но даже юный читатель найдёт ответы на вопросы, возникающие по ходу чтения, в том числе он узнаёт, что Рубенс – это художник, а Наполеон Бонапарт – император Франции.

Спустя почти 100 лет после первого издания сами мемуары стали добротным и любопытным источником для нынешнего и последующего поколения читателей. История не потеряна. Труд уже пополнил фонды нескольких московских библиотек. Яркую презентацию книги в Доме русского зарубежья сопровождали романсы и вальсы. За роялем – лауреат международных конкурсов, доцент Московской консерватории Наталья Шохирева. Вокальные партии исполняла солистка Московской оперетты Екатерина Чудотворова. Встреча истории, литературы и музыки вовсе не случайна в стенах культурного центра русской эмиграции. Сергей Волконский писал музыку, сочинял романсы, в том числе на стихи Гейне, Бёрнса. В отличие от своего деда, революционера-декабриста, он в 1921 году от революции бежал. А дни свои не в пример Волконскому-старшему, который умер в малороссийской глубинке, окончил в американском курортном городке, куда отправился на воды поправить своё здоровье. Вот такая история двух Волконских – революционера и контрреволюционера. Перефразируя великого классика, «всё смешалось в доме Волконских»...